Развитие пути внимательности по методу Сунлуна-саядо 3 страница

Прийти к познанию истинной природы вещей – такова настоящая цель каждого буддиста; это – средство, при помощи которого мы сможем освободиться. Каковы бы ни были наши надежды и стремления – мирские блага, богатство, положение в обществе, слава или надземное благо, нирвана, плод освобождения, – единственным средством достижения их остается это правильное знание и прозрение. Мы преуспеваем благодаря прозрению. В текстах говорится, что мы очищаемся прозрением – и никакими иными средствами. Наш путь к свободе лежит в обладании прозрением, ясным виденьем того факта, что во всех вещах нет и никогда не было ничего, имеющего ценность. Мы обладаем вещами и являемся чем-то только в понятиях мирской, относительной истины. Обычно мы говорим, что являемся тем-то или тем-то, только потому, что в любом обществе удобно отождествлять себя с названиями и занятиями. Но мы не должны верить, что действительно являемся тем-то или тем-то, как это предполагается на уровне относительной истины. Поступать таким образом – значит вести себя подобно сверчкам, которые, когда их головы покрываются пылью, теряют ориентировку, начинают беспорядочно двигаться и кусать друг друга, пока не умрут. Так ведем себя и мы, люди, когда наши глаза оказываются покрыты грязью, когда мы подвергаемся действию всевозможных заблуждений и желаний – мы оказываемся настолько смущенными и дезориентированными, что даже в обычных обстоятельствах действуем противоположно тому, как мы действовали бы, если бы могли видеть вещи правильно; к примеру, мы даже способны совершить убийство. Поэтому не будем слепо придерживаться относительных истин, которые существенны для взаимоотношений в обществе, но ни для чего более. Нам нужно осознавать то, чем в действительности является эта целостность ума и тела, какова ее истинная природа. В особенности следует осознавать ее непостоянство, неудовлетворительность и отсутствие «я», а также быть уверенными в том, что мы всегда свободны от привязанности к этому образованию.

Что же касается богатства, положения и тому подобного, без чего, как мы чувствуем, нам невозможно обойтись, будем считать и их также относительными истинами, так чтобы нам можно было освободиться от обычая говорить: «Это принадлежит тому-то; это принадлежит такому-то». Закон надзирает за правом собственности вместо нас; и нам нет необходимости привязываться к идее «моего». Нам приходится владеть вещами чисто и просто ради удобства и легкости; иначе они смогут стать хозяевами нашего ума. Когда мы обладаем этим чистым знанием, вещи превратятся в наших слуг и рабов, и мы будем пользоваться ими, а не они нами. Если наши мысли пойдут по пути алчности и привязанности, и у нас возникнет уверенность, что мы владеем тем-то и тем-то, что мы являемся чем-то, если мы прочно привяжемся к этим идеям, вещи станут использовать нас. Мы проведем свою жизнь в стремлении приобрести и в опасениях утратить свои приобретения, славу, богатство или что-то еще; мы сделаемся слугами и рабами, подпадем под власть вещей или положений. Дело может легко пойти именно но такому пути, поэтому нам нужно быть осторожными; мы должны устроить все так, чтобы иметь уверенность в своей независимости от вещей и распоряжаться ими. Если этого не будет, мы наверняка окажемся в самом незавидном положении, когда предмет нашей привязанности исчезнет, как это и должно случиться со всеми вещами.

Если мы действительно ясно постигли тот факт, что нет ничего, достойного приобретения, ничего, чем стоит быть, тогда пропорционально интенсивности нашего прозрения развивается здоровая оторванность от мира. Это признак того, что привязанность стала менее прочной, начала ослабевать; это признак того, что мы оставались рабами настолько долго, что нам наконец пришла в голову мысль о спасении. Такое разочарование и освобождение от иллюзий происходит тогда, когда мы пресытились собственной глупостью в погоне за вещами и в привязанности к ним. Как только появилось это разочарование, неизбежно, автоматически, естественно должен произойти и процесс распутывания, как если бы веревка, которой мы были крепко связаны, оказалась ослаблена; или это можно назвать выполаскиванием, как если бы краска, прочно державшаяся на куске ткани, оказалась смытой благодаря погружению ткани в соответствующий раствор. Процесс, благодаря которому привязанность уступает силе отрыва от мира, силе отщепления от мира или от объектов этой привязанности, Будда называл «освобождением». Эта стадия оказывается самой важной; хотя она не является конечной, это важнейший шаг в сторону полного освобождения. Когда мы до такой степени достигли свободы, конечное освобождение от страдания обеспечено.

Освободившись от привязанности к формам, чувствам и идеям, человек никогда не будет нуждаться в том, чтобы оказаться в рабстве у мира. Там, где он раньше был запятнан алчностью, гневом и неведеньем, он теперь становится чистым и незапятнанным. Достичь свободы от рабства у мира с его восхитительным вкусом, освободиться от алчности – значит достичь свойственного нам чистого и естественного состояния. Когда достигнута эта действительная чистота, она дает начало подлинному спокойствию и хладнокровию, свободным от всяких волнений, борьбы и мучения. Это состояние свободы от подавления и тревоги Будда называл просто «миром». Подобное спокойствие и хладнокровие во всех ситуациях и есть способ пережить своего рода нирвану в этой самой жизни.

Слово «нирвана» переводится как «отсутствие какого-либо орудия мучения». В другом понимании слово означает «угасание без остатка». Таким образом слово «нирвана» имеет два очень важных значения: во-первых, отсутствие какого-либо источника мучений, горения, свободу от всех форм рабства, от стеснения; во-вторых, это угасание, когда не остается никакого топлива для дальнейшего возникновения страдания. Сочетание двух этих значений указывает на состояние полной свободы. У слова «нирвана» есть и несколько других полезных значений. Можно принять за его значение понятие об угасании страдания, или о полном устранении загрязнения, или об особом состоянии, обители хладнокровия, или о состоянии прекращения всех страданий, всякой скверны, всей кармической деятельности. Слово «нирвана» употребляется многочисленными и разнообразными сектами, и смысл его употребления зачастую оказывается совсем не одинаковым. Так, одна группа считает, что оно означает лишь спокойствие и хладнокровие, потому что эта группа отождествляет нирвану с глубокой сосредоточенностью. Другие группы даже принимают за нирвану полнейшую поглощенность чувственностью.

Но Будда определял нирвану просто как такое состояние свободы от рабства, мучений и страдания, которое является результатом виденья истинной природы мирских условий и всех вещей и, благодаря этому, способности отбросить все привязанности. Тогда существенным для нас будет признание весьма большой ценности прозрения в истинную природу вещей; тогда нам следует предпринять труд по культивированию этого прозрения тем или иным способом. Пользуясь одним методом, мы просто призываем прозрение прийти по его собственному усмотрению, естественно, развивая тем временем днем и ночью ту радость, которая является результатом душевной чистоты, пока не появятся постепенно описанные нами качества. Другой метод состоит в развитии душевных качеств благодаря следованию какой-либо организованной системе сосредоточения и практике прозрения. Последняя техника может оказаться подходящей для лиц с некоторым предрасположением, и они способны добиться с ее помощью быстрого прогресса, если условия практики будут правильными. Но мы можем практиковать развитие прозрения, пользуясь естественным методом, при всех обстоятельствах и во всякое время – просто сделать собственный образ жизни настолько чистым и честным, чтобы при нем последовательно возникли духовная радость, спокойствие, прозрение в истинную природу вещей, разочарование, отход, устраненность, очищение от скверны, а затем мир нирваны, хладнокровие. Таким образом мы получим вкус свободы от страданий прочно и естественно; вместе с тем мы будем день за днем, месяц за месяцем, год за годом постепенно подходить ближе и ближе к тотальной свободе, ко внутреннему совершенству, к нирване. Подводя итоги сказанному о пути естественной сосредоточенности и прозрения, мы можем увидеть, что он дает человеку возможность достичь нирваны и освобождения, если он ежедневно в течение всего дня будет удостоверяться в истине утверждения о том, что нет ничего, достойного приобретения, ничего, чем стоило бы становиться. Всякий, желающий пережить это освобождение, должен бороться, чтобы очистить себя и выработать образцовые личные качества. Благодаря этой чистоте он обнаружит в себе духовную радость как во время работы, так и во время досуга. Сама эта радость порождает ясность и свежесть, душевное спокойствие и тишину; она естественно и автоматически служит тому, чтобы придать уму способность мышления и самонаблюдения. А благодаря самонаблюдению возникает прозрение в тот факт, что в мире поистине нет ничего, что стоило бы приобретать и чем стоило бы становиться; ум теряет всякое желание приобретать вещи, к которым раньше стремился и был привязан. Он способен освободиться от вещей, которые когда-то считал «собой» и «своими»; прекращается любая слепая увлеченность вещами. Более нет места страданию; оно исчезает; в то же время идет работа по устранению страдания. Это само по себе является наградой; каждый из нас может добиться ее естественным путем. Такой внутренний мир превыше устремлений, превыше отождествления с каким бы то ни было объектом или переживанием, как с «собой» или «своим», есть кульминация пути очищения, истинное освобождение Будды.

Для того, чтобы завершить рассмотрение подготовки в области прозрения, мы должны также отметить здесь организованные системы обучения прозрению; Будда не учил им; они были выработаны позднейшими учителями. Практика этого рода оказывается подходящей для людей, стоящих на довольно невысокой стадии развития, которые все еще не в состоянии своими глазами, естественно, увидеть неудовлетворительный характер существования в этом мире. Однако это не означает, что результаты, получаемые при помощи этих систем, обладают какими-то особыми качествами, которых нельзя достичь естественным методом; потому что, тщательно просматривая писания, мы находим, что в них указывается только один естественный метод. Некоторые люди находят трудным понимание естественного метода или полагают, что естественное прозрение может быть развито лишь таким человеком, который обладает столь замечательной добродетелью или таким удачным предрасположением, что для него прийти к этому пониманию вещей является просто детской игрой. Что же делать человеку, который не обладает трансцендентными добродетелями и соответствующей предрасположенностью? Для таких людей учителя составили упорядоченные системы, сокращенные курсы, которые начинаются с определенного старта и которым надо следовать до конца – тщательно и систематически.

Эти системы практики для развития прозрения ныне известны под техническим термином випассана. Випассана, или прозрение, противоположна изучению или интеллектуальному обучению, хотя оба эти аспекта в наши дни считаются необходимыми ее дополнениями. Випассана – это внутреннее изучение, чисто душевная подготовка, не имеющая ничего общего с учебниками. В писаниях не упоминаются прямо ни интеллектуальное изучение, ни випассана; то и другое появляется только в более поздних книгах; тем не менее випассана представляет собой подлинную буддийскую практику, предназначенную для лиц, имеющих целью избавление от страдания. Она основана на непосредственном, продолжительном и сосредоточенном самонаблюдении. Чтобы объяснить людям випассану, учителя прошлых столетий рассматривали ее в понятиях следующих вопросов:

В чем суть випассаны, ее основание?

Каковы характерные признаки, по которым мы можем узнать випассану?

Какая деятельность именуется випассаной?

Каким должен быть конечный результат випассаны?

На вопрос о том, что является основанием випассаны, мы отвечаем: моральное поведение и сосредоточенность. Випассана означает «ясное прозрение» – и относится к незатемненному зрению, которое может возникнуть, когда ум человека полон радости и лишен какой бы то ни было нечистоты. Радость развивается тогда, когда существует моральная чистота; моральное поведение есть предварительное условие. Это указано в буддийских писаниях, где практика описывается, как прохождение целой серии ступеней, называемых семью очищениями (см. ниже главу об Ачаан Наэб); всё завершается в нирване. Учителя считают достижение моральной чистоты первым из этих семи очищений.

С усовершенствованием очищения, т. е. когда достигнуто спокойствие телесной деятельности и речи, непременным результатом оказывается душевное спокойствие, которое в свою очередь ведет к дальнейшей стадии очищения – к свободе от непонимания, к свободе от сомнения, к знанию того, каким путем следует идти, а каким нет, к знанию и виденью прогресса на пути, наконец, к полному интуитивному прозрению. Эти последние пять ступеней составляют випассану в подлинном смысле. Очищение ума и поведения есть лишь вступление на путь випассаны.

В настоящее время прозрению при помощи организованной подготовки учат многие буддийские учителя. Практика состоит прежде всего из упражнений в сосредоточении, таких как внимательность к дыханию, которые выполняются в практике випассаны, или прозрения; а в некоторых системах подготовка в области прозрения с самого начала ведется при помощи формальной медитации. Следуя организованной подготовке, медитирующий обычно удаляется на некоторый период времени в специальный центр уединения или изолирует себя каким-то иным способом. Во время уединения его жизнь целиком состоит из интенсивной практики медитации, из старания развить достаточную сосредоточенность и внимательность, чтобы привести к равновесию ум и прийти к переживанию трансцендентного освобождения нирваны. Будет ли медитирующий практиковаться в условиях интенсивной изоляции или станет придерживаться естественного метода, он в конце концов должен прийти к автоматической целостности випассаны и внимательности в своей повседневной жизни. Поистине, мудрый человек не имеет ни прошлого, ни будущего; он видит, что свобода заключена в понимании того факта, что нечего терять и нечего приобретать, нечего достигать, нечем становиться. Да будет это понимание причиной истинного счастья и освобождения всех живых существ!

ГЛАВА 8. АЧААН НАЭБ

Ачаан Наэб родилась в семье тайского губернатора в провинции, граничащей с Бирмой. В возрасте тридцати пяти лет она начала изучать буддийскую психологию и медитацию прозрения под руководством ачаана Патхунта У Виласа. Двенадцать лет спустя она начала учить, учредив во многих храмах центры изучения и медитации; наконец, под королевским покровительством она учредила в Ват Сракет в Бангкоке Ассоциацию исследований буддизма и душевного благополучия. Хотя сейчас ей уже под восемьдесят, она всё ещё занята учительством, а ученики продолжают её работу по распространению практики прозрения.

Ват Сракет – это остров спокойных и прохладных залов и комнат в центре современного Бангкока. Посещение ачаан Наэб оказывается возможностью услышать ясную и прямую дхарму. Прежде всего она может предложить посетителю сесть поудобнее, а затем попросить его не двигаться. Конечно, вскоре кто-то из посетителей автоматически начинает менять положение. «Подождите, не шевелитесь. Почему вы двигаетесь? Посидите ещё без движения!» Поучения ачаан Наэб прямо указывают на самый очевидный источник страдания – наше собственное тело. Если мы просто остаемся спокойными и стараемся не двигаться, боль в конце концов возрастает настолько, что нам приходится менять положение. Тому же образцу следуют почти все наши действия в течение целого дня; проснувшись, мы встаем с постели, идем в уборную, чтобы успокоить боль в мочевом пузыре; затем едим, чтобы устранить неприятные ощущения голода. Далее мы садимся, чтобы ослабить боль, возникшую во время стояния. Затем мы читаем, разговариваем или смотрим телевизор, чтобы отвлечься от боли, которую создает наш бурлящий ум. Потом мы снова двигаемся, чтобы устранить ещё какое-нибудь неудобство. Каждое движение, каждое действие предназначено не для того, чтобы принести нам счастье, а для того, чтобы облегчить неизбежное страдание, проистекающее из самого факта нашего рождения с телом. Метод ачаан Наэб обладает простым подходом во взгляде на причину и результаты страдания в нашей повседневной жизни и её действиях. Ясное восприятие этого процесса представляет собой непосредственное вступление в процесс окончания страдания и счастья, указанный Буддой.

Ачаан Наэб отмечает целый ряд других важных пунктов дхармы. Во-первых, она подчеркивает, что еще до практики мы должны иметь четкое концептуальное понимание. Она утверждает, что установление срединного пути не является легким делом. Без правильного понимания и осознания мудрость не получит развития. Правильное понимание – это уменье правильно осознавать ум и материю. Это также знание того, как из желания возникают оскверняющие элементы; это способность различать между ясным знанием существующего объекта, что является правильной практикой, и выработкой спокойствия, что представляет собой неправильную практику.

Подчеркивается различие между практикой прозрения и практикой сосредоточения. Мы видим, что любая привязанность к спокойствию или какому-нибудь особому режиму практики препятствует мудрости. Прозрение приходит из непосредственного наблюдения природы ума и материи, происходящего в данный момент. Нет необходимости в энергичном усилии или в особой сосредоточенности. Вместо этого нас поощряют к прямому познанию ума и материи, как они проявляются во всех позах. Мы ясно увидим, как боль и неудовлетворенность побуждают нас ко всем нашим повседневным действиям. Мы также увидим, что ум и материя суть отдельные, пустые явления, которые постоянно изменяются.

Только при помощи прямого познания ума и материи в практике прозрения возникнет мудрость, – говорит ачаан Наэб. Она подчеркивает уникальность учения Будды и сосредоточивается на четырех применениях внимательности, как единственного пути для всего прозрения. Она подчеркивает также, что нет необходимости совершать особые усилия; нужна только практика – прямое наблюдение настоящего момента, особенно ума и материи, наблюдение за тем, почему и когда мы производим движения.

Ачаан Наэб поощряет нас слушать с пониманием, так, чтобы мы смогли приобрести мудрость. Она говорит: «Слушать с пониманием – значит слушать без каких-либо предвзятых идей или мнений. Если мы будем слушать с закрытым умом, наши предвзятые идеи и мнения неизбежно скроют истину, и это будет причиной нашей неспособности достичь мудрости. Их надо отбросить; и нам следует слушать с открытым умом, не думая о том, чему учили раньше „наши“ учителя. Кроме того, нам не следует думать о говорящем – о том, кто он такой, является он нашим учителем или нет; не нужно иметь о нем никакого предварительного мнения. Мы должны слушать с открытым умом и стараться выяснить, разумно ли то, что нам говорят, ведет ли оно нас к истине».

Многие центры в Таиланде (также и в Бирме) учат согласно этой традиции; они приглашают к себе посетителей из Европы и Америки, чтобы те с помощью практики сами пережили рост мудрости и освобождение.

АЧААН НАЭБ. «Развитие прозрения»

В буддизме существуют два метода развития психики. Один – это развитие прозрения, випассана; другой – развитие спокойствия, саматха. Последний метод имеет целью только сосредоточение, при помощи которого индивид постоянно осознает какой-то единственный объект, и это сосредоточение направлено по единственному каналу односторонности, пока не будет достигнуто безмятежное спокойствие. Этот род психического развития не приносит понимания реальности или ее причины и следствия. Он приводит только к спокойствию. С другой стороны, развитие прозрения призывает к пониманию «истины существования», или, выражаясь по-иному, к пониманию формы, или материи, и ума, или состояния психики. Такое понимание и является целью развития прозрения.

Для начала я объясню, из чего состоит сосредоточенность в развитии спокойствия; потому что развитие сосредоточенности по этому методу нельзя одновременно использовать в качестве развития прозрения и наоборот. Пожалуйста, поймите данный пункт правильно: потому что мы можем начать с развития спокойствия и, по достижении сосредоточенности, можем затем продолжать работу по развитию прозрения. Но смешение этих методов не принесет желаемых результатов прозрения.

Медитация спокойствия культивируется при помощи сосредоточенности ума и удержания его заостренным на каком-то отдельном объекте. Согласно традиции число предметов, при помощи которых может быть достигнута сосредоточенность в целях развития спокойствия, достигает сорока: это десять цветов и элементов, десять нечистот, десять видов памяти, четыре безграничные медитации, одно размышление об отталкивающем характере пищи, а также анализ четырех первичных качеств: плотности, сцепления, тепла и вибрации. Каждый из этих предметов может быть взят в качестве предмета медитации для развития спокойствия.

Сосредоточенность на любом из этих перечисленных сорока объектов не может привести к прозрению, потому что медитация прозрения должна иметь объектом меняющиеся состояния психики и материи. Хотя сосредоточенность может привести к развитию больших сил ума и к необычайному счастью, это великое счастье будет временным; и оно все еще весьма далеко от применения внимательности, которое приводит к нирване. Только практика прозрения навсегда прекращает печаль.

Прежде чем говорить дальше о развитии прозрения, я думаю, что нам сперва следует понять, что такое прозрение, каковы его функции, в чем его польза. Скажем об этом вкратце: прозрение – это мудрость, которая делает нас способными увидеть факт непостоянства состояний психики и материи, их преходящий и неудовлетворительный характер, их наполненность страданием, их безличный характер, т. е. отсутствие «я». То, что мы считаем «я», «собой» или «душой», суть неверные представления, возникающие из недостаточного знания абсолютной истины. В действительности же это «я» – не что иное, как чрезвычайно быстро меняющаяся непрерывность возникновения и разрушения психических явлений и материи.

Итак, мы узнали, что прозрение есть особый вид мудрости; какова же тогда его функция? Прозрение имеет в качестве своей функции разрушение всей скрытой нечистоты, страстей и ошибочных взглядов. В том, что касается его полезности, несомненно, прозрение просветит нас по отношению к истинной природе психических состояний и материи. Но что же такое эта истинная природа? Это понимание того факта, что психические состояния и материя непостоянны, что они полны страдания, что они безличны, не имеют души, не имеют «я». Иными словами, развитие прозрения не создает этих трех характерных особенностей существования – непостоянства, страдания, безличности; развитие подобного рода не есть обман, заставляющий нас видеть эти три особенности. Нет, три характерные признака существования присутствуют в природе. Видит ли их кто-нибудь, понимает или нет, – но они всегда налицо. Причина того, что мы не видим или не понимаем этих признаков, заключается в том, что мы в стараниях заметить их и анализировать пользуемся ошибочными способами. Только благодаря культивированию правильных методов развития прозрения мы сможем увидеть существование таким, каково оно есть в действительности.

Такова единственная цель развития прозрения. Нет ничего другого, что можно приписать этому виду психического развития. Я читала о таких людях, которые, не изучив вопроса о развитии прозрения, утверждают, что, закрыв глаза, видят небеса и сферы ада. Другие заявляют, что способны лечить болезни, что благодаря развитию прозрения бездетные родители смогут иметь детей; еще другие провозглашают, что благодаря развитию прозрения они могут угадать номера лотерейных билетов, предсказывать будущие события в жизни других людей или могут парить в воздухе, ходить по воде, проникать в глубь земли, делаться прозрачными, обладать ясновиденьем или яснослышаньем. Все эти проявления не будут следствиями прозрения, не связаны с его развитием и не имеют к нему никакого отношения. Эти особые подвиги могут быть только результатами сосредоточенности. Единственная функция прозрения состоит в том, чтобы разрушить нечистоту, такие качества ума, как страсти, ошибочные взгляды и неведенье, составляющие основу цикла повторного рождения, сансары. Это рост мудрости.

Мудрость имеет три источника, а именно:

1. Мудрость является результатом размышлений над поучениями, услышанными от других.

2. Мудрость является результатом собственных соображений и размышлений, обдумывания и рассмотрения истины существования; такие размышления могут в течение некоторых периодов временно разрушить нечистоту.

3. Мудрость является результатом личного переживания , которое дает человеку способность видеть истину трех особенностей существования: непостоянства, страдания, безличности. Этот опытный аспект и есть мудрость прозрения. Это инструмент, при помощи которого можно полностью и навсегда уничтожить нечистоту.

После того, как мы станем достаточно сведущи в мудрости учений, это, в свою очередь, может породить размышления. Правильное понимание учений тогда приводит к правильному осознанию, а результаты правильного осознания ведут к рождению мудрости прозрения. Эта мудрость прозрения зависит от других двух аспектов мудрости.

Никакая мирская мудрость не идет в сравнение с этой мудростью. Лишь эти три вида мудрости служат последовательному разрушению условий повторного рождения. Они культивируются до тех пор, пока не станут ясными три характерные особенности существования. Такое восприятие и есть главная цель развития прозрения; такова была и цель распространения Буддой своего учения – дать возможность всем существам понять и постичь дхарму, истину природы.

После этого нам следует понять именно то, что препятствует нам постичь эти три характерные особенности существования. Факторы, скрывающие непостоянство, страдание и безличность, три признака существования, познаваемые мудростью, были объяснены Буддой.

То, что маскирует непостоянство, – это непрерывность, т. е. быстрая смена всех формаций; иными словами, психические состояния и материя все время очень быстро возникают и отпадают. Этот процесс совершается с такой скоростью, что мы не в состоянии воспринять отдельные возникновения и исчезновения психических состояний и материи; таким образом состояния психики и материя кажутся нам постоянными. Именно так непрерывность скрывает непостоянство. Для иллюстрации этого положения возьмем пример кинофильма. Хотя на экране нам является непрерывное движение, оно не бывает проекцией только одной картины, а фактически на экран проецируются сотни таких картин. Быстрота изменения одного типа материи в другой дает нам впечатление, что существует только одна материя вместо нескольких ее видов. Подобным же образом, поскольку мы не в состоянии увидеть множество отдельных картин, составляющих кинофильм, мы не сможем увидеть и то, что в действительности существует много разнообразных состояний психики и материи. Кроме того, психические состояния и материя возникают и исчезают гораздо быстрее, чем те отдельные картины, которые составляют кинофильм. Вот почему для нас оказывается чрезвычайно трудно воспринять эти перемены. Когда мы не в состоянии постичь эту истину, возникает заблуждение, которое объявляет непостоянство постоянством.

А что же скрывает страдание? Будда говорил, что это – недостаточное внимание к положениям тела. Не обращая внимания на тело, мы не понимаем, что психические состояния и материя болезненны, что страдания подавляют нас во всякое время. Когда мы не понимаем этой истины, возникают ошибочные взгляды, и нам кажется, будто наша жизнь хороша, что психические состояния и материя хороши, что они приносят нам счастье. Вслед за этим представлением возникает страстное желание счастья; а оно ведет к еще большему страданию.

Что же скрывает безличный характер существования? Прежде чем ответить на такой вопрос, поговорим немного об этом характерном признаке. Безличный характер существования есть сердце буддизма; это доктрина, отличная от прочих религиозных и философских систем. В других религиях должна существовать какая-то одна фундаментальная вещь, действующая в качестве основания, или какой-то верховный руководитель, или какая-то иная вечная или священная вещь, которой следует придерживаться, на которую надо опираться. Но в буддизме мы находим, что все оказывается безличным; нет никакой души, никакого «я»; нет «Могучего». Таким образом, все существование имеет безличный характер. Что же тогда препятствует нам постичь этот безличный характер бытия? Будда говорил, что такой помехой является скопление сложных восприятий психических состояний и материи. Это создает у нас мнение, будто психические состояния и материя образуют целостную, плотную массу, некоторое постоянное существо. К этому мнению затем присоединяется наше представление о том, что ум и материя важны и целостны, что пять агрегатов – форма, чувство, восприятие, объекты ума и сознание – хороши. Хотя мы, возможно, слышали, что пять агрегатов возникают и исчезают очень быстро, мы неспособны увидеть в отдельности каждое состояние психики или каждый из пяти агрегатов и, благодаря этому, не можем постичь их истинные характерные свойства. Вот эта неспособность разделять их и является причиной, в силу которой мы не понимаем безличного характера бытия. Недостаток понимания создает иллюзию прочности, или личности, иными словами, веру в существование постоянного «я», «личности». Когда возникает эта иллюзия, иллюзия личности, она становится психическим фактором, причиной желания. В свою очередь, желание оказывается причиной нашего представления о том, что психические состояния и материя долговечны и способны приносить, счастье. Необходимо исправить это неверное восприятие, чтобы понять три характерных признака существования и прийти к освобождению.


3438784028456921.html
3438845075277800.html
    PR.RU™